Дорогие архипастыри и пастыри, монашествующие и миряне, братья и сёстры!

Церковь не основывается людьми, Церковь избрана Христом, научена Им, искуплена Им от власти греха и смерти, оживотворена Святым Духом, снабжена и укреплена Им благодатью Таинств и готовит своих верных чад ко всеобщему воскресению и жизни в Небесном Царстве. Другой какой-либо Церкви нет и быть не может.

Есть Единая (единственная) Церковь и есть её члены – люди, составляющие Церковь. Люди объединены в местные собрания – православные приходы, епархии и Поместные Церкви – в своей совокупности они составляют Единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.Отдельные собрания-церкви, составляющие Единую Церковь, существуют с первых времён христианства: семь из них перечислены в Откровении Иоанна Богослова, о существовании других мы знаем из Деяний и Посланий апостольских и церковного Предания. Со временем церкви разрастались, меняли свои границы и названия. В начале прошлого века существовало 14 крупных церковных объединений – самоуправляющихся Поместных Православных Церквей, числе которых Российская Православная Церковь.

Жизнь Поместной Российской Церкви в 20 веке сложилась очень непросто. Захватившие власть в Православной Российской Империи безбожники устроили неслыханные в истории гонения на верующих. Не имея возможности быстро уничтожить Церковь, богоборцы приняли тактику дробления и уничтожения Церкви «по частям». Они искусственно создали в Русской Церкви целый ряд расколов, пытаясь стравливать между собой её иерархов и верующих – привлекая одних льготами и подачками от себя, и наказывая и убивая тех, кто не шёл с ними на соглашательство. Самый большой раскол у них получилось устроить в 1927 году, когда один из крупных иерархов пошёл на полное сотрудничество с богоборцами и окончательно стал на их сторону.

Днём образования Русской Православной Церкви Заграницей является 19 ноября 1920 года, когда, ровно 100 лет назад, на борту парохода «Великий князь Александр Михайлович», одного из 125 кораблей отступающей русской армии, стоявших на рейде близ Константинополя, состоялось первое заграничное заседание Временного Высшего Церковного Управления на Юго-Востоке России (переименованное через месяц в Высшее Русское Церковное Управление за границей), которое объединило и возглавило все приходы Российской Православной Церкви, оказавшиеся в эмиграции, а также те, которые остались на территориях, бывших в военном конфликте с новым советским правительством.

Таким образом, сформировалась и получила своё церковное возглавление независимая и свободная часть Поместной Российской Церкви. Образовать самостоятельное церковное управление за границей, в том же 1920 году, благословила высшая власть Российской Церкви: Объединённое присутствие Священного Синода и Высшего Церковного Совета под председательством Патриарха Тихона – то есть, Русская Зарубежная Церковь возникла не в результате раскола, а по постановлению церковной власти.

С момента возникновения церковного управления за границей советская власть прилагала все силы чтобы его ликвидировать, как своего идеологического врага, или же, как на территории СССР, раздробить на части и эти части перессорить друг с другом. Борьба с Русской Зарубежной Церковью была для советской власти частью её войны за мировое господство, и эта война не утихала никогда.Противоположным полюсом, который богоборческая власть использовала для борьбы с РПЦЗ стало полностью подконтрольное ей Московское церковное управление, возглавляемое сначала митр. Сергием Страгородским, а затем сменяющимися советскими патриархами, вплоть до нынешнего патриарха МП Кирилла Гундяева. Через Сергия Страгородского советской власти удалось отколоть от РПЦЗ часть приходов в Европе и Америке и образовать отдельные от РПЦЗ епархии, подчиняющиеся Кремлёвскому церковному управлению.

Таким образом, Поместная Русская Церковь вынужденно разделилась на три части (Московскую патриархию, РПЦЗ и Катакомбная Церковь) и на два церковных управления – одно полностью подконтрольное богоборческой власти, и другое – свободное управление Русской Церковью за границей (Катакомбная Церковь в условиях СССР не могла иметь своего центрального управления, там, как правило, поминали Предстоятеля РПЦЗ).

Русская Православная Церковь Заграницей, начиная с издания печально известной Декларации в 1927 году, никогда за свою историю не признавала каноничности управления Московской патриархии, поскольку оно назначалось и назначается богоборцами и исполняет исключительно их волю.Как писал новопрославленный Святитель Митрополит Виталий, Русская Православная Церковь Заграницей это не одна из «юрисдикций», а есть Истинная Церковь Христова, со всеми присущими ей свойствами. Состоя в духовном единстве с истинными Греческой, Румынской, Болгарской и Сербской Церквями, мы в совокупности являем собой Единую Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.

Противостояние РПЦЗ и МП не является политическим, – в истории было много случаев, когда Церковь оказывалась на территории неправославных стран и была вынуждена поддерживать те или иные действия руководства этих стран. Но в истории не было такого, чтобы Церковь впитала в себя богоборческую идеологию и стала пособником богоборцев в искоренении веры в народе и построения безбожного коммунистического общества. Противостояние РПЦЗ и МП является духовным, на уровне противостояния света и тьмы, ангелов и бесов, Христа и антихриста.

В этом земном противостоянии, по Священному Писанию, силы добра умаляются, а силы зла укрепляются и растут. И конец этого мира настанет, когда зло и богоборчество исполнят землю, и христианам уже не будет места на ней, и жизнь на земле потеряет всякий смысл. Победа христианина над миром берёт начало в его умалении до смерти в подражании Христу – как Господь отдал Свою жизнь за нас, так и мы должны отдать свою жизнь Ему.

Мы верим, что Русская Зарубежная Церковь хранила и хранит по сей день в чистоте Предание, соблюдённое святыми отцами со времён Христа и Апостолов, хранит дух учения Христова и содержит в себе спасительную благодать. Мы верим в святость наших четырёх Первоиерархов – Митрополитов Антония, Анастасия, Филарета и Виталия, которые сохранили в чистоте веру и верность Христу и Его Церкви, и являются для нас примером стойкости в эпоху апостасии и образцом аскетической жизни в миру́.

Перед нами в будущем стоит всего лишь одна задача – сохранить и передать следующему поколению православных христиан то, что передано нам Преданием наших святых отцов. Мы надеемся услышать в последний день этого мира слова Праведного Судии: «Добрый и верный раб! в малом ты был верен, над многим тебя поставлю; войди в радость господина твоего» (Мф 25.23). Да будет так!

+ Митрополит Агафангел
6/19 ноября 2020 года

За этим стоит неверие в догмат об ОДНОЙ Святой, Соборной и Апостольской Церкви. Церковь раскалываться не может, может быть только отпадение от нее. РПЦЗ сильна именно тем, что никогда от Церкви не откалывалась. Но, сейчас на это никто не обращает внимание, к сожалению.

***

Письмо раскольников:

12 Октября 2016

Добавили вопросы и ответы:​

На вебсайте Интернет-Собор приводят многие цитаты из св. отцов, осуждающие ваш раскол.

Всякое разделение в Церкви это трагедия, на каком бы уровне оно ни происходило. Но не всякое разделение является расколом в том смысле, о котором говорят каноны и св. Отцы.

Те кто, говоря о настоящем церковном разделении, называют его расколом, сознательно или несознательно совершают подмену понятий. Расколом называется нарушение единения с соборной Церковью. Те, кто называют нас раскольниками, тем самым показывают, что они считают, что Одесский синод — это Российская поместная Церковь. Но такое мнение абсурдно. РПЦЗ от самого своего основания всегда исповедывала себя лишь частью Российской Церкви. Когда же РПЦЗ слилась с Московской Патриархией в 2007 г., те, кто не согласился с этим шагом, оказались разделенными на множество церковно-административных единиц, обычно называемых «осколками». Так что Одесский синод – не вся Российская Церковь, а лишь «осколок» от ее части.

Раскол страшен тем, что он есть отпадение от соборной Церкви. Если отделение от Одесского синода – есть отпадение от соборной Церкви, то, следовательно, все, кто не имеют общения с Одесским синодом, находятся вне Церкви. Однако, сам митрополит Агафангел никогда не придерживался таких взглядов. Напротив, и в своих заявлениях, и действиях он признавал относительную каноничность других «осколков» (каноничность всех имеющихся «осколков», включая Одесский синод, можно оспаривать в большей или меньшей степени). Например, митрополит Агафангел принял в сущем сане, без хиротесии, епископов: Дионисия, Иринея и Анастасия, рукоположенных в иных «осколках».

Таким образом, отделение от синода митрополита Агафангела не является отпадением от Церкви, т.е. расколом, и прилагать «страшные» цитаты из св. отцов к нашей ситуации, есть намеренная или ненамеренная мистификация.

Как же нужно называть подобные разделения внутри «осколков»?

На этот вопрос нельзя дать обоснованный канонический ответ, по той простой причине, что само существование «осколков», т.е. автономное существование микроскопической церковной юрисдикции, в канонах не предусмотрено. Это не должны забывать те, кто любит смело рассуждать о канонах и прилагать каноны к нашему положению. Каноны изображают соборную Церковь в единении поместных Церквей, и различные раздробленные группировки раскольников, отщепенцев от Церкви. В наше же время, напротив, то, что мы считаем соборной Церковью, имеет вид раздробленных «осколков», не имеющих общения между собой. Разделение внутри «осколков» можно назвать «церковно-административное разделение».

Через разрыв с Одесским синодом мы потеряем общение с семьей анти-экуменистических Церквей?

Это очень печальное обстоятельство. Однако, отсюда нисколько не следует, что мы из-за этого разрыва отпадем от Церкви. Чтобы убедиться в этом возьмем, например, синод архиеп. Тихона (Пасечника), не находящийся в общении с синодом Каллиника. Зададим себе вопрос: почему? Разве он менее православный, чем Одесский синод? — Вовсе нет. Объясняется это лишь обстоятельствами церковно-политической конъюнктуры, о которых нет нужды здесь распространяться. Т.е. тот факт, что именно Одесский синод, один из всех других «осколков», находится в общении с синодом Каллиника, — это не более чем историческая случайность, из которой нельзя делать каких-либо канонических выводов. Не нужно забывать и тот факт, что греческие истинно-православные Церкви также находятся в подобном «осколочном» состоянии. Например, вряд ли архиереи Синода Противостоящих согласятся с тем, что прежде их соединения с синодом Каллиника, они находились вне Церкви и их таинства были недействительны.

***

Митрополит Агафангел: Новые раскольники оказались еретиками

13 Декабрь 2016.

Можно «поздравить» новых раскольников с тем, что они, помимо своего раскола, впали и в ересь экуменизма. Точнее сказать, изначальное еретическое исповедание православия привело их к расколу. В своих «Вопросах и ответах» от 12 октября 2016 года, их представители, на сайте «rocana», будучи в своем уме и в согласии со своей совестью пишут:«В наше же время то, что мы считаем соборной Церковью, имеет вид раздробленных «осколков», не имеющих общения между собой».

Это прямо подпадает под анафему: «Нападающим на Церковь Христову и учащим, яко она разделися на ветви, и утверждающим, яко Церковь видимо не существует, но от ветвей и расколов, инославия и иноверия соединитися имать во едино тело… : Анафема!«.

В подтверждение своей ереси они даже приводят пример:«Возьмем, например, синод архиеп. Тихона (Пасечника), не находящийся в общении с синодом Каллиника. Зададим себе вопрос: почему? Разве он менее православный, чем Одесский синод? — Вовсе нет. Объясняется это лишь обстоятельствами церковно-политической конъюнктуры, о которых нет нужды здесь распространяться. Т.е. тот факт, что именно Одесский синод, один из всех других «осколков», находится в общении с синодом Каллиника, — это не более чем историческая случайность».

В свое время я, раздумывая, как необидно поименовать тех, кто отделился от РПЦЗ раньше времени, так, чтобы в будущем не закрывать им путь для воссоединения, нашёл для своей заметки слово «осколки». Оно казалось удобным и не обидным для других. Но, раскол есть раскол. Он может начинаться даже с недоразумения и простой ссоры или спора, но, потом укореняется и переходит в схизму, а затем и в ересь.

Могут быть отдельные люди и группы, которые не знают о существовании друг друга, или обиделись друг на друга, или не доверяют, или имеют искаженные понятия друг о друге, или ещё что-то в этом роде, и только поэтому, пребывают в разделении. Но, когда недоразумение и объективные препятствия между ними исчезают, они воссоединяются и живут в мире. Именно это всегда предполагала РПЦЗ, когда не настаивала на том, что она единственная в мире православная церковь. Но совсем иное, когда живущие вместе, вдруг, без видимых причин разделяются. Здесь никак не могут обе стороны быть правы. В действительности, мы знаем, без причины ничего никогда не случается. Так и в данном случае открылась подлинная причина нынешнего разделения – скрытая ересь некоторой группы, бывшей до этого с нами.

Церковь может принимать приходящих в её ограду различными способами. То, что мы приняли«в сущем сане, без хиротесии, епископов: Дионисия, Иринея и Анастасия, рукоположенных в иных «осколках»», является обычной практикой Церкви. Это никак не означает признание того, что Церковь видимо разделилась. Так, в исповедании веры, принятым совместно РПЦЗ и ИПЦ Греции и Румынии в июне 2014 года «Истинная Православная Церковь перед лицом ереси экуменизма», сказано:

​»1. При принятии кающихся еретиков и раскольников, Вселенские и Поместные Соборы Церкви, кроме принципа акривии [строгости], по временам применяли и так называемый принцип икономии [снисхождения], то есть каноническую и пастырскую практику, согласно которой возможно допущение временного отклонения от буквы священных правил, без нарушения их духа. 2. Но при этом, разумеется, икономия никогда и ни в коем случае не позволяет оправдание греха или же любого рода компромисс с «правильным и спасительным исповеданием веры», так как икономия имеет целью чисто и единственно облегчить, в духе человеколюбия и снисхождения, спасение душ ради которых умер Христос. 3. Применение икономии при принятии еретиков и раскольников в церковное общение никак не означает, что Церковь признает достоверность и действительность их таинств, которые совершались вне ее канонических и харизматических границ. 4. Святая Православная Церковь никогда не признавала таинств, совершенных вне ее, на расстоянии от нее, абсолютно, ни по акривии, ни по икономии, поскольку совершающие или принимающие эти таинства остаются в недрах своих еретических или схизматических общин».

Как пишут еретики-раскольники:«Само существование «осколков», т.е. автономное существование микроскопической церковной юрисдикции, в канонах не предусмотрено». Действительно, не предусмотрено, и предусмотрено быть не может. Для подобных групп есть ясные канонические определения: парасинагога – раскольники – еретики.

Возможно, что многие из тех, кто сейчас отделяется от РПЦЗ, не осознают происходящего. Возможно, теперь они задумаются, прежде чем сделать роковой шаг. То, что открылась ересь отделяющихся от нас – есть промысел Божий для тех, кто следует за раскольниками в неведении. Сейчас Господь открывает глаза слепым.

+ Митрополит Агафангел

30 сентября/13 октября 2016 года.

Свт. Михаила, Митрополита Киевского (992)

***

Ответ раскольников Митрополиту Агафангелу на обвинение в ереси:

Ваше Высокопреосвященство,

На вебсайте Интернет-Собор помещена Ваша статья «Новые раскольники оказались еретиками», в которой Вы обвиняете нас в ереси «истинноправославного экуменизма» (?!)

Оставляем на Вашей совести наименование нас раскольниками, однако обвинение в ереси настолько серьезно, что нельзя оставить его без ответа.

Вы видите ересь в следующем утверждении, найденном Вами в одной из статей вебсайта rocana: «В наше же время то, что мы считаем соборной Церковью, имеет вид раздробленных «осколков», не имеющих общения между собой».

Существование «осколков», т.е. не общающихся между собой микроскопически х церковных юрисдикций, – это общеизвестный факт. Вопрос в том, как этот факт истолковать с точки зрения св. канонов. В большинстве «осколков» культивируется тот взгляд, что только этот единственный «осколок» принадлежит к соборной Церкви, и является РПЦЗ, а прочие «осколки» — отпадшие от нее раскольники. Так что получается странная картина: каждый из почти двух десятков «осколков» считает только себя истинным и не признает других.

Неудобство такого подхода также и в том, что «осколки» продолжают дробиться, и при каждом таком дроблении сторонник теории единственно-истинного «осколка» бывает поставлен перед необходимостью решить: какой из двух ново-образовавшихся «осколков» есть истинная Церковь. Но при продолжающемся процессе дробления может получиться (такое бывало), что этот человек приходит к абсурдному заключению, что Церковь прекратила существование.

Мы считаем такой взгляд печальным предразсудком, происходящим, вопервых, от гордости человеческой (приятно сознавать себя единственноистинным и смотреть на других свысока), а во-вторых, оттого, что каноны толкуются слишком буквально и употребляются не к месту.

Из-за этого предрассудка (а также и от гордости человеческой, конечно) никак не может сдвинуться с места процесс объединения «осколков».

Если мы Вас правильно поняли, именно этот взгляд на «осколки» Вы излагаете в своей статье, признавая Ваш Одесский синод единственно принадлежащим к соборной Церкви, а принятие Вами епископов Дионисия, Иринея и Анастасия в сущем сане, трактуя как присоединение из схизматических групп, находящихся вне Церкви.

Но существует и другой взгляд, которого придерживаемся мы. Он состоит в том, что перегородки между «осколками» не достигают неба. И из того факта, что между двумя юрисдикциями нет сослужения, еще не следует, что обе они не могут принадлежать к единой соборной Церкви, потому что сослужение есть лишь одно из видимых проявлений духовного единства Церкви, а не само это единство. Господь сказал о Церкви, что врата ада не одолеют ее. Церковь — не такая уж хрупкая вещь, чтобы ее можно было так легко разрушить. 

Странно было бы нам, спасшимся от кораблекрушения РПЦЗ, теперь обвинять друг друга и разбирать: кто спрыгнул с тонущего корабля раньше и кто позже. Если «осколки» придерживаются православного исповедания и имеют правильно рукоположенную иерархию, то это может быть основанием для восстановления между ними церковного общения, не входя в разбирательство исторических обстоятельств.

Нам казалось, что прежде Вы сами придерживались такой точки зрения. Летом 2010 года Вы устроили конференцию в Одессе «Пути Зарубежной Церкви в современном мире», на которую пригласили представителей разных «осколков». После конференции Вы сделали запись в Вашем живом журнале: «Вот и завершилась наша конференция. Лично для меня стала очевидней неестественност ь существования «разделившейся» РПЦЗ. Нас разделяет не вероучение и даже не «менталитет», а какое-то фатальное недоразумение. С одной стороны — печально, а с другой — вселяет надежду.»

На вопрос одного из посетителей, что Вы имеете в виду под «недоразумением «, Вы ответили: «Недоразумение в том, что «осколки» РПЦЗ разделяют исключительно амбиции лидеров».

Так что, возможно, обвинение нас в ереси — это тоже какое-то недоразумение. 

Предсоборная комиссия.

***

Митрополит Агафангел 21.10.2016

Раскольники сами решили доказать, что они, действительно, еретики.

Прочёл полученный сегодня (21 октября) «Ответ на обвинения в ереси». Вот уж, действительно, настоящие еретики наши новые раскольники. Одно дело – разделение в Церкви по недоразумению или по стечению обстоятельств, а другое – сознательное исповедание и попытки обоснований безосновательного.

В разных областях церковного домостроительства существуют различные подходы к одному и тому же вопросу – от церковной акривии, до церковной икономии. В вопросе разделений в РПЦЗ – то же самое. Я считал и считаю, что здесь должна быть максимальная икономия, чтобы все «осколки» не успели разбежаться настолько далеко, когда собрать их будет невозможно. Поэтому и взаимные отношения должны руководиться принципом икономии. Отсюда происходит подчёркивание нашего недавнего единства с надеждой на то, что оно будет в ближайшем времени восстановлено. Но, есть черта этой икономии – это как раз то, за что переступили новые раскольники. Эта черта – ИСПОВЕДАНИЕ, и принятие еретического исповедание видимо и действенно отсекает тот или иной «осколок» от тела РПЦЗ.

Такое еретическое исповедание, как оказалось, и имеет группа, возглавляемая архиепископами на покое Андроником и Софронием. Исповедание того, что Церковь может состоять из самостоятельных, изолированных от других, частей. Исповедание того, что Тело может жить в виде отдельных «кусков» – это есть настоящая ересь и богомерзкое кощунство.

Своим «Ответом на обвинение в ереси» раскольники убедительно и однозначно доказали, что они, действительно, еретики. Так что, наше отношение к этой группе должно быть, соответствующим образом, скорректировано.

+ Митрополит Агафангел

В Православии принцип неизменности установленных Богом Законов диктует также неизменность законов, которые устанавливает для себя Церковь. Но, неизменным, прежде всего, должен сохраняться дух этих законов, а форма может претерпевать некоторые изменения – как раз, имея целью сохранение незыблемости духа. В Положении о Русской Православной Церкви Заграницей, в Параграфе 1 сказано: «Русская Православная Церковь заграницей есть неразрывная часть поместной Российской Православной Церкви, временно самоуправляющаяся на соборных началах до упразднения в России безбожной власти, в соответствии с Постановлением Св. Патриарха, Св. Синода и Высшего Церковного Совета Российской Церкви от 7/20 ноября 1920 г. за № 362». То есть, само бытие РПЦЗ определено Положением как временное, «до упразднения в России безбожной власти». СССР распался, и эта диавольская по существу и богоборческая по форме коммунистическая империя много лет уже не существует. Единственным Указом всей Полноты Русской Церкви, изданным при Патриаршестве Святейшего Тихона и не потерявшим по сей день актуальности в вопросе отношений между Церковью и гражданской властью, является Указ №362, а именно его пункты 2, 3, 9 и 10. Эти пункты Указа предписывают после прекращения гонений всем православным архиереям объединиться и воссоздать высшую инстанцию церковной власти (пункт 2). Что наша РПЦЗ неоднократно пыталась осуществить.

Смысл и дух Постановления о РПЦЗ, выраженный в Параграфе 1 словами о том, что РПЦЗ как часть Русской Церкви существует только «до упразднения в России безбожной власти», прямо требует внесения изменений в текст Постановления в связи с совершившейся переменой указанной в Постановлении ситуации, и наш долг исполнить это указание Высшей Церковной власти.

Слова «до упразднения в России безбожной власти», я считаю, следует понимать, как «до прекращения физических гонений на Церковь с целью её полного уничтожения», которые (гонения), путём сильнейшего давления со стороны власти, принудили Церковь к вынужденному, насильственному разделению и полной изоляции образовавшихся групп и, соответственно, невозможностью общения частей Церкви между собой на территории СССР, а также с частью Церкви, оказавшейся за границей. Теперь такого давления со стороны государства нет, возможность общения восстановлена, соответственно, не должно быть и былой изоляции, поскольку отсутствуют препятствия для полного единения друг с другом тех, кто исповедует православное вероучение.

По упразднении в России богоборческой власти и образовавшейся возможности установления полноценной связи и общения, наш Архиерейский Собор и Синод, начиная с 2007 года, в соответствии с пунктом 2 Указа №362, предпринимал попытки войти в сношение с архиереями других епархий Русской Церкви, придерживающихся на словах основных православных догматов и традиций, хранимых Русской Церковью, на предмет организации высшей инстанции церковной власти разрозненных частей. Мы в разное время обратились официально ко всем исшедшим по различным причинам из состава некогда единой Русской Зарубежной Церкви (конечно, в случае, если эти причины можно принять как достаточно уважительные – в основном из-за подготовки преступной унии с Московской Патриархией). Сначала призвали собраться на общий Всезарубежный Собор, а после прошедшего Собора приглашали приступить к переговорам. Не встретив ни от какой из сторон стремления восстановить единство и не увидев желания образовать общую для всех высшую инстанцию Церковной власти, наша часть Церкви выполнила по факту (даже не по собственной воле), требование пункта 9 Указа №362 о разрыве церковного общения «с непослушными». После этого случившегося события, в условиях, когда имеется полноценная и беспрепятственная связь между архиереями, утверждать, что мы «есть неразрывная часть поместной Российской Православной Церкви», и в тоже время не иметь молитвенного и евхаристического общения и общего Церковного управления с теми, кто на словах придерживается православных догматов и основных канонов, означает исповедовать экуменическую ересь, утверждающую, что Единая Церковь Христова видимо не существует и разделилась на ветви или осколки.

В связи с этим, после многократных и неуспешных попыток воссоединения с отдельными группами православных, учитывая также то, что Московская Патриархия не отказалась от исповедания ересей экуменизма и сергианства (как надеялись отцы РПЦЗ), прибавив к этому приобщение МП к латинской ереси, и не видя более никого, кто мог бы быть последователями исторической Русской Церкви, РПЦЗ впредь не имеет канонических оснований считать себя неразрывной частью Поместной Российской Церкви, как это указано в пункте 1 Положения о РПЦЗ. Мы не можем, в соответствии с канонами и правилами, а также Преданием святых отцов, считать себя неразрывной частью с окончательно определившимися в своём статусе еретиками, раскольниками и самозванцами. По факту, мы сегодня являемся остатком Поместной Российской Церкви, сохранившим через Русскую Православную Церковь за границей каноническое преемство и неискаженное православное вероисповедание.

Таким образом, я предлагаю утвердить в названии нашей Церкви написание слова «Заграницей» слитно и с заглавной буквы, в отличие от того, как это пишется в Положении, а Параграф 1 Положения о Русской Православной Церкви Заграницей предлагается принять в следующей редакции: «Русская Православная Церковь Заграницей есть сохраненный Русской Православной Церковью за границей СССР и Катакомбной Церковью в СССР, остаток Поместной Российской Православной Церкви, исповедующий неискаженное православное вероучение».

Также предлагается внести соответствующие изменения в Параграфы 2 и 3:

Пр. 2. Русская Православная Церковь Заграницей состоит из находящихся за пределами России и руководимых законным священноначалием епархий с их приходами, церковными общинами, духовными миссиями и монастырями с принадлежащими им святынями.

Пр. 3. Основной задачей Русской Православной Церкви Заграницей является: сохранение в Зарубежье полной независимости Русской Православной Церкви от безбожных и антихристианских сил и всестороннее духовное окормление православной Российской паствы, в рассеянии сущей, независимо от народности, и, в частности, — заботы о сохранении и укреплении в душах верующей паствы в чистоте и неповрежденности Св. Православной веры и заботы о воспитании всей рассеянной по всему миру паствы в преданности своей страждущей Матери — Поместной Российской Православной Церкви.

+ Митрополит Агафангел

Одесса, 11/24 октября, Собор преподобных Оптинских старцев

Metropolitan Agafangel: Proposal for Amendments to the Statute of the Russian Orthodox Church Outside of Russia

The ROCOR Bishops’ Council of 2017

In Orthodoxy, the principle of the immutability of the laws established by God also dictates the immutability of the laws that the Church establishes for itself. However, primarily, it is the spirit of these laws which must be preserved unchanged, but the form of the laws can undergo some changes — precisely, with the aim of preserving the immutability of the spirit. In the Statute of the Russian Orthodox Church Outside of Russia, Paragraph 1 says: «The Russian Orthodox Church Outside of Russia is an inseparable part of the local Russian Orthodox Church, temporarily self-governing on conciliar terms until the abolition of the godless authorities in Russia, in accordance with the Decree of the Holy Patriarch, the Holy Synod and The Supreme Church Council of the Russian Church starting from 7/20 November 1920, for No. 362 «. That is, the very existence of the ROCA is defined by the Statute as temporary, «until the abolition of godless power in Russia.» The Soviet Union has dissolved, and this devilish in essence and atheistic form of communist empire has not existed already for many years. The only Decree of the Entirety of the Whole Russian Church, issued under the Patriarchate of his Holiness Tikhon regarding the matter of the relationship between the Church and the civil authority which to this day is not yet lost, is Decree No. 362, namely, paragraphs 2, 3, 9 and 10. These paragraphs of the Decree stipulate that for the period after the termination of the persecution, for all Orthodox bishops to unite and reconstruct a higher instance of ecclesiastical authority (paragraph 2). Our ROCOR has repeatedly tried to implement this.

The meaning and the spirit of the ROCOR Ordinance as expressed in Paragraph 1, saying that the ROCOR, as a part of the Russian Church, exists only «up until the abolition of the godless authorities in Russia», is that which directly requires the introduction of changes within the text of the Resolution. This is in connection with the changes in the situation which is specified in the Resolution, and it is our duty is to fulfill this admonition of the Supreme Church Authority.

The words «up until the abolition of the godless authorities in Russia», I believe, should be understood as «until the physical persecution of the Church for the purpose of its complete annihilation is ceased,» which (the persecution), through strong pressure from the authorities, forced the Church into an urgent, violent separation, and as a result, each of its formed groups fell into complete isolation. The consequence of this became the inability for the parts of the Church to communicate with one another on the territory of the USSR, as well as with the parts of the Church which ended up abroad. Currently, there is no such pressure on the part of the government, and the possibility of communication has been restored. Accordingly, there should not be any isolation from one another as was formerly, since there are currently no obstacles to the full unity of those who profess the Orthodox doctrine.

As a result of the abolishment of the godless authorities in Russia and of the development of the opportunity to establish full-fledged connections and communications, our Council of Bishops and the Synod, since 2007, in accordance with paragraph 2 of Decree No. 362, have attempted to enter into relations with the bishops of other dioceses of the Russian Church who in word adhere to the basic Orthodox dogmas and traditions kept by the Russian Church, for the organization of a higher instance of ecclesiastical authority of the separated parts. At various times, we officially turned to all those who for varied reasons, left the once united Russian Church Abroad (of course, if these reasons can be accepted as sufficiently respectful –yet mainly because of the preparation of a criminal union with the Moscow Patriarchate). First, they appealed to gather for a common All-Diaspora Council, and, after the last Council, they offered to embark upon negotiations. Not encountering from any of the parties the desire to restore unity, nor seeing a wish to form a higher Church authority for everyone, our Church carried out, in fact (even not of its own free will), the requirement of Point 9 of Decree No. 362, on the severance of ecclesiastical communion «with the disobedient «. After this event, in conditions where the possibility of full and unhindered contact between the bishops exists, to affirm that we are «an inseparable part of the local Russian Orthodox Church,» and at the same time, to not have any prayerful and eucharistic communion, nor a common church administration with those who in word adhere to Orthodox dogmas and its basic canons- means to profess an ecumenistic heresy- an ecumenistic heresy which affirms that the One Church of Christ apparently does not exist, but is divided into branches or fragments.

In this regard, after repeated and unsuccessful attempts to reunite with several different Orthodox groups, considering also that the Moscow Patriarchate has not refused to confess the heresies of ecumenism and Sergianism (as the ROCA fathers had hoped), adding to this the introduction into the MP the Latin heresy, and thereby not seeing anyone else who could be a follower of the historical Russian Church- the ROCA henceforth has no canonical grounds to consider itself an inseparable part of the Local Russian Church, as indicated in paragraph 1 of the Statute of the ROCOR. We cannot, in accordance with the canons and rules, and according to the Tradition of the Holy Fathers as well, consider ourselves to be an inseparable part with heretics, dissenters and imposters who took a final position in their status. In fact, today we are the remnant of the Local Russian Church, which has preserved, through the Russian Orthodox Church Abroad, the canonical succession and undistorted Orthodox faith.

Thus, I propose to affirm in the title of our Church the writing of the word «Abroad» together and with an upper case letter, in contrast to how it is written in the Statute; and Paragraph 1 of the Regulations on the Russian Orthodox Church Outside of Russia is proposed to read as follows: «The Russian Orthodox The Church Abroad is the preserved Russian Orthodox Church outside of the USSR and the Catacomb Church in the USSR, the remainder of the Local Russian Orthodox Church, professing an undistorted Orthodox dogma. «

It is also proposed to make the appropriate changes to Paragraphs 2 and 3:

Par. 2. The Russian Orthodox Church Outside of Russia consists of dioceses with their parishes, ecclesiastical communities, spiritual missions and monasteries, and of the holy shrines owned by them, which exist outside of the Russian Federation, and which are governed by lawful hierarchy.

Par. 3. The main task of the Russian Orthodox Church Outside of Russia is: to preserve abroad the complete independence of the Russian Orthodox Church from godless and anti-Christian forces, the all-round spiritual nourishment of the Orthodox Russian flock who are scattered around the world, regardless of nationality, and, in particular- the concern for the strengthening and preserving in the souls of the believing flock the purity and integrity of the Holy Orthodox faith, and the concern for the upbringing of the entire flock scattered all over the world, in devotion to their suffering Mother — the Local Russian Orthodox Church.

+ Metropolitan Agafangel

Odessa, 11/24 October, the Sobor of the Venerable Optina Elders