Такие слова присоединяет евангелист Матфей к своему повествованию в ныне читаемом Евангелии об исцелении слуги капернаумского сотника. При чтении сих слов может кто-нибудь спросить: а существуют ли бесноватые в настоящее время и если существуют, то возможно ли их исцеление?

На этот вопрос недоумевающим мы ответим не отвлеченными рассуждениями, а изложением того, что действительно произошло в наши не столь отдаленные времена и чему современниками и свидетелями мы сами были.

В 1909 г. по всему Петербургу разнесся слух о том, что шестнадцатилетний юноша, Павел Ильинов, одержимый каким-то необъяснимым для науки недугом, привезен был к литургии в Иоанновский монастырь на Карповке [1]. И здесь произошло с ним следующее. Во время Херувимской песни он вырвался из рук пятнадцати сильных мужчин, державших его, и затем по воздуху пронесся над народом к западным вратам храма и у входа в храм упал без чувств. Бесчувственного, его взяли и принесли к гробнице отца Иоанна Кронштадского. Здесь больной на краткое время очнулся, а затем крепко заснул. Во время сна явился ему отец Иоанн, дал ему наставления, исповедал его и велел ехать в Валаамский монастырь. Что именно происходило во сне, больной, проснувшись не хотел говорить. И если бы не отрывочные фразы, сказанные в слух во время сна: «Отец Иоанн. Прости, помолись, исполню», то возможно, что все это скрылось бы, но когда он услышал от окружающих эти слова и понял, что они знают о происшедшем, то все открыл.

Вот что произошло с ним. Он увидел отца Иоанна сидящим в кресле у своей гробницы. При этом отец Иоанн сказал: «Ты видишь меня в таком виде, в каком меня никто не видел. Служи по мне панихиды, как то установлено Церковью. Но великому Богу угодно меня прославить. Придет время, и мне служить будут молебны».

После этих слов отец Иоанн дунул на больного, благословил его и добавил: «В свое время я скажу тебе, что нужно будет делать тебе для полного исцеления». И, сказавши это, скрылся. Что же слышали в это время окружавшие больного? Они видели, как он грыз зубами мраморную гробницу отца Иоанна и диким голосом кричал: «Выхожу, выхожу, о великий угодник и пророк Иоанн, но не совсем». Конечно, кричал это не он сам, а обитавший в нем демон. После этого Павел уже так не страдал от своей болезни, но еще не совсем выздоровел.

В этом же 1909 г. он из Петербурга переехал в Выборг; с благословения архиепископа Финляндского записался в послушники Валаамского монастыря и поселился в архиерейском доме в городе Сердоболе (имение Хюмпеля). Он исполнял здесь послушание на огороде и прислуживал в качестве чтеца в церкви. Там жил он до октября месяца 1911 г. 19 октября того года, в день памяти преподобного Иоанна Рыльского и дня ангела отца Иоанна Кронштадского, Господь благословил явить новую милость Свою болящему Павлу через отца Иоанна, во исполнение обещания, данного ему последним при гробнице.

С ним произошло следующее. Вечером в этот день, после всенощного бдения, брат Павел читал акафист Божией Матери и во время чтения акафиста пришел в состояние восхищения. Его духовному взору открылось дивное видение. Первоначально во славе явился отец Иоанн с преподобным Иоанном Рыльским, затем Павел Фивейский [2] и Афанасий Афонский [3] и множество других преподобных отцов. Все они приветствовали друг друга радостными возгласами: «Радуйся, Иоанне, радуйся, Павле, радуйся Афанасие!… Наконец за ними явилась Сама Богоматерь в неописуемой славе, при явлении Которой хор преподобных отцов торжественно воспел: «Взбранной Воеводе победительная».

После этого отец Иоанн подошел к Павлу и сказал: «А теперь выйди из тела и душой последуй за нами». Весьма трудно было исполнить это повеление Павлу, но он исполнил его и последовал за преподобным Павлом Фивейским, Иоанном Рыльским и Иоанном Кронштадским.

«Они мне показывали, — говорит Павел, — первоначально райские обители и наслаждения, предназначенные для добродетельных, а затем мучения грешников. Как слава и блаженство праведников, так и мучения грешников не поддаются описанию человеческим языком. Когда было все показано, отец Иоанн стал наставлять меня, как жить, и для получения окончательного исцеления повелел мне вновь войти в свое тело и отправиться в Оптину пустынь к отцу Варсонофию, оптинскому старцу, в сопровождении иеродиакона Валаамского монастыря Варсонофия».

Старец уже был предупрежден о приезде больного с провожатым, принял больного Павла и докончил все, что было поручено ему исполнить от отца Иоанна Кронштадского. Он исповедал его и причастил, после чего и последовало окончательное исцеление больного.

До 1912 г. исцеленный Павел, уже совершенно здоровый, жил в Сердоболе, в имении Хюмпеля, а затем призван был к отбыванию воинской повинности. В 1914 г. участвовал в Великой войне. Жив ли он в настоящее время или погиб во время той войны и последовавшей за ней революции, остается не известным. Но он через иеромонаха Валаамского монастыря Варсонофия (Толстухина), некогда сопровождавшего его в Оптину пустынь, переслал мне свои записки для обнародования их через десять лет после его исцеления. Из этих, написанных им собственноручно, записок видно как то, какою болел он болезнью, как и то, по какой причине болел он той болезнью.

Из этих записок видно, что Павел во время пребывания своего в Москве, перед своим отправлением в Петербург, впал в тяжелую нужду. Нигде не мог он найти места для себя, и все близкие и знакомые отказались от него. Тяжелая нужда довела его до отчаяния; неоднократно приходила ему мысль о самоубийстве.

В одну из таких минут внезапно явился ему «таинственный старец» и сказал: «Я помогу тебе, если ты собственной кровью письменно удостоверишь, что будешь верен мне здесь, на земле, и по смерти твоей!»

«Кто же ты такой, чтобы мне верить в тебя и тебе довериться?» — спросил Павел. «Я тот самый которого не любит и ненавидит ваша Церковь», — ответил явившийся. «Хорошо, я буду верен тебе!» — заявил ослепленный отчаянием Павел и дал требуемую подписку. «Ну а теперь ты должен сбросить с своей шеи лишнюю обузу», — сказал таинственный старец и указал при этом на крест. Юноша снял и крест, и таким образом отрекся от Христа и предал душу свою дьяволу. И за это отречение его от Христа вселился в него дьявол, и с тех пор он стал одержим духом беснования.

От этого-то духа беснования и исцелил его отец Иоанн Кронштадтский, частью непосредственно, а отчасти через посредничество оптинского старца Варсонофия.

Из всего изложенного с достаточной очевидностью вытекает следующее заключение. Бесноватые или одержимые нечистыми духами существуют и в настоящее время, как некогда они существовали и в древние времена. Духу беснования предаются люди за нечестивую жизнь, особенно за грехи богоотречения и богохульство. Но существуют и в настоящее время, как некогда существовали в древне время, и праведники, угодившие Богу, которые имеют силу и власть изгонять злых духов из одержимых ими.

Величайшим из таких чудотворцев последнего времени является отец Иоанн Кронштадтский. Он настолько угодил Господу своей святой жизнью, что уже ныне числится в райских обителях в лике преподобных, наряду с Антонием Великим [4], Павлом Фивейским, Иоанном Рыльским. А глубоко поучительное повествование об отроке Павле помимо своего непосредственного значения имеет и глубоко символический смысл. Этот бесноватый отрок прообразует собой нашу несчастную и многострадальную Россию. И она, несчастная, как этот отрок Павел, предана духу беснования за свои грехи и за свое нечестие. Предана не по причине оставления ее Богом, а по причине особенной любви Его к ней. Ибо «Господь, кого любит, того наказывает; бьет же всякого сына, которого принимает» (Евр.12:6), да спасется дух его (1Кор.5:5). Аминь.

Варна 8/21 июля 1921 г.

1. Иоанновский монастырь основан святым праведным отцом Иоанном Кронштадским на набережной реки Карповки, 45, в Санкт-Петербурге. Нижний храм был освящен в честь преподобного Иоанна Рыльского, небесного покровителя дорогого Батюшки, верхний собор — в честь двенадцати апостолов. Настоятельницей обители была духовная дочь отца Иоанна, игумения Ангелина (Сергеева) (1867-1927). В 1901 г. община была преобразована в монастырь. В 1908 г. в усыпальнице нижнего храма был погребен сам о. Иоанн.
2. Павел Фивейский (+341 г.), египетский подвижник, родоначальник восточного монашества.
3. Афанасий Афонский (+1000 г.), греческий подвижник, основатель знаменитой лавры на Афоне.

4. Антоний Великий (+356 г.), египетский подвижник, основатель пустынножительства, отец монашества.